Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава

Как-то мне* приходилось подписываться где-то «Крапивой»*. Заявляю торжественно, что материя*, печатающаяся с этим же псевдонимом в «Стрекозе», не есть дело рук моих*.

Пишет ли Вам Агафопод Единицын?* У меня практически готов вам один (относительно) большой рассказ «До 29-го июня» и скоро будет готов другой, «29-е июня»*. Оба по Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава охотницкой части. Кончу их и пришлю, а пока имею честь быть всегда готовым к услугам и уважающим

А. Чехов.

Кстати. Сделайте распоряжение о высылке* в мой счет «Осколок»* за сей год по последующему адресу:

«г. Воскресенск (Московск. губ.). Учителю приходского училища».

Лейкину Н. А., 25 июня 1883*

45. Н. А. ЛЕЙКИНУ

25 июня 1883 г. Москва Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава.

Почетаемый Николай Александрович!

Посылаю Вам моск<овские> заметки*, а с ними и одно малюсенькое заявление: пишу я юмористический фельетон в первый раз*. Неопытен и малосведущ. В актеры я не уйду, мельницей не займусь*, но не могу ручаться; что не буду сух, малосодержателен и, главное, не юмористичен. Буду стараться. Если Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава годится, берите и печатайте, а если не годится, то… фюйть! Буду высылать Вам куплетцы, Вы выбирайте и, ради бога, не церемоньтесь. Данною Вам от бога властью херьте всё неловкое и подозреваемое в негодности. Я щепетилен, но не для «Осколок». Предложи мне эту работу другая редакция, я отказался бы либо Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава обошелся бы без этого заявления, но у Вас я слушаюсь и говорю правду. Если Вы даже совсем похерите мои заметки и скажете мне «пас!», то и это я приму с легкою душою. Мне дороги не мои интересы, а интересы «Осколок». К «Стрекозам» и «Будильникам» я отношусь безразлично Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава, но печалюсь, если вижу в «Осколках» что-либо невытанцевавшееся, мое либо чужое, – признак, что мне близко к сердечку Ваше дело, которое, как мне понятно это по слухам и поступкам, Вы ведете с энергией и с верой.

Ранее моск<овские> заметки велись некрасиво. Они выделялись из общего Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава тона своим чисто столичным тоном: сухость, мелочность и небрежность. Если б их не было, то читатель растерял бы очень не много. По моему воззрению, в Москве некоторому писать к Вам заметки. Пробую свои силишки, но… тоже не верю. Я ведь тоже с столичным тоном. Не буду очень мелочен, не стану пробирать Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава запятанных салфеток и малеханьких актеров, но в то же время я нищ наблюдательностью текущего и несколько общ, а последнее неловко для заметок. Решайте… Скоро пришлю еще.

Книжки получил*, читаю и благодарю. Вы сдержали Ваше обещание, но это не послужило мне хорошим примером: я не сдержал обещание и не отправил Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава рассказов. Сейчас прошу простить.

Был расстроен, а совместно со мной расстроилась и моя шарманка. Сейчас пришел в себя и сажусь за работу. «Петров день»* (рассказ) вышел очень длинен*. Я его переписал начисто и запер до следующего года, а сейчас никуда не пошлю*. На данный момент сажусь писать вам*. Суббота Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава у меня Ваш денек. Завтра, возможно, вышлю*, но… не веруйте, вобщем… Я постепенно становлюсь Подхалимовым* и околпачил Вас уж не раз…

А за сим позвольте оставаться Вашим покорнейшим слугою

А. Чехов.

Лейкину Н. А., 27 июня 1883*

46. Н. А. ЛЕЙКИНУ

27 июня 1883 г. Воскресенск.

Уважаемый Николай Александрович!

Простите*, ради бога, что принудил Вас писать Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава 2 письма* об одном и том же и оставлял Вас длительно в неведении относительно моск<овских> замет<ок>. Надеюсь, что Вы уже получили посланные мною два письма* и прочитали мой ответ. Я отвечал Вам, что готов взять на себя ведение моск<овских> Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава; зам<еток>, но без ручательства, что буду веселее моих предшественников, ушедших в актеры и мельники. Я послал Вам на пробу заметки, но не знаю, угодил ли я Вам? Фельетонное дело не моя специальность, и я не удивлюсь, если Вы похерите всё посланное. А если не годится, херьте, елико может быть Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава, – об этом молю. Всё то, что испорчено цензором, всё невытанцевавшееся, всё плохенькое, незрелое оставляйте без последствий – об этом паки молю. Мой продукт – читателя средства… Ваша же вина будет, если продукт не понравится, с Вас спросится: Вы эксперт. К будущей неделе пришлю еще заметок. Если не сгодится, то пишите Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава Пазухину. Мне думается, что и Пазухин не угодит Вам*. Лично я его не знаю, но знаком частично с его литературой. Он любимец «Моск<овского> листка», вечно сражающегося с запятанными салфетками и портерными. И позже… Не могу я сравнить «Осколки» с сотрудничеством человека, пишущего патриотические рассказы в Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава табельные деньки. Что может быть у их общего? Вобщем, на безрыбье и Фома человек… Пробуйте Пазухина. Если и он не сгодится, то… если только позволено будет порекомендовать… дайте злосчастные заметки петербуржцу. За 700 верст живет от места происшествия, но не напишет ужаснее… Пробирает же у Вас провинцию Проезжий*, нигде не Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава проезжая! А если это отыщите неловким, то… почему бы и совсем не упразднить этих заметок? Если нет добротных, то не надо никаких… Если отдадите петербуржцу, то ни я и, надеюсь, ни Лиодор Иванович не откажемся присылать сырой материал, нежели такой будет.

К «Стрекозе» не ревнуйте. Рассказ, написанный там Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава*, длинен для «Осколок» (ровно 150 строк). Какие кавардаки в этом «русском J<ournal> Amusant»!* В одном рассказе столько опечаток, что читающему просто страшно делается! Заместо «барон» – «бабон», заместо «мыльная вода» – «пыльная вода» и проч. В 1880 г. было то же самое. Не могут корректора приличного нанять… Писать туда больше не стану.

Гонорар Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава высылайте в Воскресенск (Моск<овской> губ.). Я сейчас в Воскресенске и в Москве, но почаще в первом. Я не хворал, но стих на меня таковой отыскал: не делается, не пишется… Стих этот заурядно не длительно продолжается. Ковыляю, ковыляю, да вдруг и сяду за дело… Если Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава еще не поздно, то упраздните те мои две финтифлюшки*, о которых Вы пишете.

К письму прилагаю экспромтец*. Это апропо̀, чтобы в письме ровно на 7 коп. было (по весу).

«До 29-го июня»* написал, но никуда не послал*. Вам длинно. Если желаете, то вышлю. Вчера мировой арбитр* мне сказывал, что стрелять Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава возбраняется в «этих краях» не до 29-го июня, как было ранее, а до 15-го июля. Строк в рассказе много. Мерять не умею, а думаю, что 200–250 будет minimum. Название не принципиально. Поменять можно… Сокращать жаль.

Получил приглашение от «Новостей дня»*…Что за штука, не ведаю, но штука новенькая. Кажется, подцензурная Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава штука. Придется смешить одних только наборщиков да цензора, а от читателей скрываться за красноватый крест… Во главе этого издания Кичеев, прошлый редактор «Будильника».

В заключение вопрос: не находите ли Вы, что я надоедаю Вам продлинновенностью собственных писем? А за сим, пожелав Вам и «Осколкам» всех благ, остаюсь всегда Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава готовым к услугам

А. Чехов.

P. S. Черкните 2 слова* мне в Воскресенск о судьбе и качествах моих заметок*. Прошу для управления.

Лейкину Н. А., меж 31 июля и 3 августа 1883*

47. Н. А. ЛЕЙКИНУ

Меж 31 июля и 3 августа 1883 г. Москва.

Уважаемый Николай Александрович!

Просматривал на данный момент последний номер «Осколок» и к величавому кошмару Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава (сможете для себя представить этот кошмар!) увидел там спутанные объявления*. Такие же объявления я неделю тому вспять сделал для «Осколок» – и в этом весь скандал. Пропали, означает, мои объявления! Вещичка ерундистая и не стоит возиться с ней в 2-ух номерах… Во всяком случае посылаю. Если годятся, то спрячьте и пустите Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава месяцев через 5–6*.

Живу сейчас в Москве, куда и благоволите адресоваться в случае надобности. Извините за лентяйство! Лето – ничего не поделаешь… Одни только поэты могут соединять свое бумагомарательство с лунными ночами, любовью… В любви разъясняется и в то же время стихи пишет… А мы, прозаики, – другое дело…

Был в Богородском Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава у Пальмина. Под столом четверть… На столе огурчики, белорыбица… И все эти сокровища нисколечко не мешают ему работать чуть не в 10 изданиях. Испил у него 3 рюмки водки. Был у него с дамами… И дам угостил он водкой…

Написал я рецензийку на Ваших «Карасей и щук». Сунулся с ней – и оказывается Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава, что о Вашей книжке уже всюду говорилось. Был на деньках у Пушкарева на даче и просил места в «Мирском толке» (подписчиков много – около 2500–3000) и покаялся, что попросил… Было бы мне без спроса взять и напечатать… Он*, как видите, на мою заметку о его свече разобиделся*…За неведением создателя заметки, бранит Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава Вас… Авось, суну куда-нибудь*…Время еще не ушло… Я с учено-литературно-возвышенной точки зрения хватил. Высочайшим слогом и с широковещательной тенденцией… и в то же время очень искренно.

Сажусь писать заметки. Какова судьба моего «Трагика»?* Хороший рассказ вышел бы, если б не рамки… Пришлось Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава сузить даже самую сущность и соль… А можно было бы и целую повесть написать на данную тему. За сим с уважением имею честь быть

А. Чехов.

Лейкину Н. А., 6 августа 1883*

48. Н. А. ЛЕЙКИНУ

6 августа 1883 г. Москва.

6/VIII

Уважаемый Николай Александрович!

Пишу Вам, хотя Вы, по словам Пальмина, и в Гельсингфорсе.

Посылаю и заметки, и Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава рассказы*. Один рассказ («Дочь Альбиона») длинен. Короче сделать никак не мог. Если не сгодится, то благоволите прислать его мне назад.

Картинки в последнем номере восхитительны*. И подписи недурны. Вообщем «Осколки» идут впереди всех наших юмористических журналов.

В Москве они нравятся публике. Жалко, что наилучшее познает Ваше «увы и ах»!* По Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава передовым рисункам видно, какую войну Вы ведете с цензурой. Не подгуливай Ваши передовицы, красота был бы журнальчик. В предпоследнем номере подгуляла и серединка: французская карикатура, ранее Вас похищенная «Будильником»*, и нотки*. Нотки не очень блестящие… Вобщем, это непринципиально. К Вам постепенно перетащатся все работники… и скоро и в тексте Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава не будет грешков, которые приходится делать очень нередко по необходимости. Если Вам получится сгруппировать вокруг себя все сейчас разбросанные силенки, то Наша родина будет иметь очень сносный юмористический журнальчик. А силенки есть, и неплохой редактор может употребить их отечеству на пользу… В «Будильнике» и многих других Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава попадаются время от времени красивые вещички, – означает, есть кое-где кто-то… Всех бы их собрать в одну кучу. Где куча, там и выбор вероятен.

Простите за помарки. Страшный я неряха! Если моя рекомендация чего-нибудть да означает, то рекомендую* ради упомянутого выбора:

Евгения Вернера* , юного и малеханького поэта и Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава прозаика. Стихи его мне не в особенности нравятся, но зато рассказики бывают очень хорошие. Время от времени, вобщем. Работает в «Будильнике» и еще где-то под псевдонимом «Веди». Молод и подает надежды. Кажется, его стишки были уже в «Осколках». Если примете его гостеприимно, то с усердием поработает и наилучшее Вам Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава пришлет. Природу любит расписывать, но это с течением времени пройдет. Выровняется с течением времени… Мой столичный соперник.

В. Д. Сушков* из Казани – тоже небольшой, хотя и артиллерийский штабс-капитан и различных орденов кавалер. Мой компаньон. Состоит адъютантом при бригадном генерале. Пишет стихи и прозу. Либерален и, что очень принципиально Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава, умен. Работал у Вас под псевдонимом «Егоза». Большой почитатель «Осколок» и работает в их с удовольствием. Пишет пустячки, но, не окаченный прохладным ответом почтового ящика, согретый гостеприимным приемом, может дело сделать. Во время оно работал в «Стрекозе». Известен тем, что из-за него одну газету прикрыли*. Малый славный Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава и писака небесполезный. Человек, о котором нельзя судить по 2–3 присылам. Чуть-чуть сердится на Вашу контору, либо, точнее, находится в незнании относительно цены собственных произведений, потому что счета при гонораре не получил. После лагерей будет писать к Вам. Пока только за неимением места ограничиваюсь 2-мя. А за сим Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава остаюсь В<аш> с<луга>

А. Чехов.

Лейкину Н. А., 11 августа 1883*

49. Н. А. ЛЕЙКИНУ

11 августа 1883 г. Москва.

Почетаемый Николай Александрович!

Получил Ваше письмо* и прочитал его брату-художнику*. Набросок у него готов, но на кальке. Торшона в Москве нигде нет. Как быть? Брат повергнут в печаль Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава. Набросок потрясающий, стихи цензурные*, и страница «Осколков» удалась бы как нельзя лучше, но как досадно бы это не звучало! Мы (т. е. я и брат) порешили прибегнуть к Вашей любезности. Если у Вас найдется свободная минута, то сделайте милость, распорядитесь о высылке по моему адресу и в мой счет 2-3 листов торшона (рудометовского Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава?). Прошу Вас и сам браню себя во все лопатки: Вам, занятому человеку, не до торшона. Но Вы поручите кому-нибудь. Спасибо Вам будет величавое и от меня, и от брата, и от поэта.

В Питере у меня много компаньонов, праздношатающихся и не праздношатающихся. Мог бы я к ним обратиться Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава, но не знаю их дачных адресов. Приходится отымать у Вас время.

Не так давно послал Вам пакет*.

Занят я страшно. Музы мои рыдают, видя меня флегмантичным. До половины сентября придется для литературы уворовывать время.

Кстати посылаю Вам рассказ Агафопода Единицына*. Снова простите за беспокойство. Авось, и мне получится когда Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава-либо услужить Вам – этим только и утешаю себя, беспокоя Вас.

Брат-художник живет вместе с братом-литератором. Адресок общий.

Кланяюсь Вам и остаюсь всегда готовым к услугам, уважающий

А. Чехов.

В «Новостях дня»*, очевидно, не работаю*.

Аг<афопод> Единицын собирается прислать Вам штук 5 рассказов. Просит Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава не судить по посылаемому о его литераторских возможностях.

Лицезрел Е. Вернера, поругал его за то, что он по малолетству работает чёрт знает где, и внушил ему, что он погибнет и станет запивохой, если будет сотрудничать в москов<ских> изданиях. Поверил. Он пришлет Вам, а Вы посмотрите. Думаю, что Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава сгодится… Малый с огоньком, а главное, начинающий… Жалко будет, если завязнет в лапах столичных целовальников.

Лейкину Н. А., меж 21 и 24 августа 1883*

50. Н. А. ЛЕЙКИНУ

Меж 21 и 24 августа 1883 г. Москва.

Уважаемый Николай Александрович!

Реальный присыл принадлежит к плохим. Заметки бледны, а рассказ не отшлифован* и больно мелок. Есть темы лучше Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава, и написал бы побольше и получил, но судьба сейчас против меня! Пишу при самых скверных критериях. Передо мной моя не литературная работа, хлопающая нещадно по совести, в примыкающей комнате орет детиныш прибывшего погостить родича*, в другой комнате отец читает мамы вслух «Запечатленного ангела»*…Кто-то завел шкатулку, и я слышу Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава «Елену Прекрасную»… Охото удрать на дачу, но уже час ночи… Для пишущего человека гнусней этой обстановки и придумать тяжело что-либо другое. Кровать моя занята прибывшим сродственником, который то и дело подходит ко мне и заводит речь о медицине. «У дочки, должно быть, резь в животике – оттого и кричит»… Я имею Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава огромное несчастье быть доктором, и нет того индивидуя, который не считал бы необходимым «потолковать» со мной о медицине. Кому надоело толковать про медицину, тот заводит речь про литературу…

Обстановка превосходная. Браню себя, что не удрал на дачу, где, наверняка, и выспался бы, и рассказ бы Вам Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава написал, а главное – медицина и литература могли быть оставлены в покое.

В сентябре удеру в Воскресенск, если погода не воспрепятствует. От Вашего последнего рассказа я в большенном экстазе*.

Ревет детиныш!! Даю для себя добросовестное слово не иметь никогда деток… Французы имеют не достаточно деток, возможно поэтому, что они кабинетные люди Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава и в «Amusant» рассказы пишут. Их, слышно, желают вынудить иметь побольше малышей – тема для «Amusant» и для «Осколков» в виде карикатуры «Положение дел во Франции». Заходит полицейский комиссар и просит иметь деток.

Прощайте. Думаю, вроде бы и где бы задать храповицкого.

С уважением имею честь быть

А. Чехов.

Дюковскому Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава М. М., 24 либо 25 августа 1883*

51. М. М. ДЮКОВСКОМУ

24 либо 25 августа 1883 г. Москва.

Иван несет это письмо к почтовому ящику и без всякой церемонии читает последующее:

Уважаемый Миша Михайлович! Заклинаю Вас Вашим террарием и той девушкой в голубом платьице*, которая висит у Вас над дверцей. Пришлите либо притащите по способности быстрее «Письма Шлиммозеля к Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава Акулине Ивановне»*, находящиеся в переплете. Приходите сами. Приехал Александр с женой и дитёй. Ночую на кровати Наташеву*, которая уехала в Питер и приедет 26 – го августа – в денек собственных именин. Занят работой по гортань. Кланяется Вам бабулька*. Жду письма: о их критику делать буду. Дитё орет, чего и Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава Вам желаю. Ваш всегда преданный слуга, приевшийся Вам с книжками,

А. Чехонте.

На обороте:

Калужские ворота. Мещанское училище.

Его высокоблагородию

Мише Михайловичу Дюковскому.

Морозовой М. И., 27 августа 1883*

52. М. И. МОРОЗОВОЙ

27 августа 1883 г. Москва.

Рукою Е. Я. Чеховой:

1883 года. Августа 27 денька.

Милая моя и дорогая Марфачка.

Я в Москве приехала 20-го числа Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава в субботу с утра, в Воронеже была день, поклонилась святым мощам св. Митрофана, а сейчас разказываю собственной семье как я у вас приятно проводила время, Машу еще я не лицезрела она в Воскресенске либо за Воскресенском в Бабкине отправили к ней письмо она скоро приедет, хорошим Ануфрию Ивановичу Надежде Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава Александровне Варваре Ивановне Дарье Ивановне Витичке и Аничке мой поклон и благодарю их всех за приятное радушие. По реестру Надежды Александровны я всё купила и выписочку привезла в Москву. Варенье довезла отлично и дала Феничке она благодарит и всемь кланяетца и для тебя Марфачка она очень признательна, пиши мне Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава пожалуста скорей.

Пелагеи Наумовне передайте поклон от меня, так плохо пишу пожалуста никому не демонстрируй письмо а разорви.

Е. Чехова.

Рукою Н. П. Чехова:

Милая тетя Марфочка!

Мать, кажется, не увидит Ивана Ивановича, потому что почему-либо он к нам не зайдет. По всей вероятности, у него дела много. Побраните Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава за это его. Мать по делу Дарьи Ивановны может Вам сказать последующее: во 2-ой гимназии есть вакансия на место ученика третьего класса. Плата за полный пенсион (т. е. за учение, стол, квартиру здесь же в здании, стирки и за остальные проблемы с одёжей вкупе) 300 р. в год.

Кланяюсь Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава Вам, Дарье и Варваре Ивановнам, Надежде Александров<не>, Анофрию Ивановичу и Виктору Викторовичу.

Н. Чехов.

Антон женится, берет завидную партию! Каналья[24].

Кланяюсь Вам и целую ручку. Посылаю карточку. На будущий год приеду. Чем больна дочка Анофрия Ивановича?* Мама говорила, да я не достаточно разобрал. Купайте ее в Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава соленой воде, раз в денек, по утрам. (Ложка соли на корыто – на два ведра.) Вобщем, Ваши доктора лучше знают. Как поживаете?

Передайте таганрогским дамам, что тоскую за ними страшно. Не изменил им, невзирая на массу искушений. Кланяюсь всем. Как погнивает поп Покровский*? Еще не поступил в гусары?* Написал бы еще, да некогда Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава.

Прощайте.

Ваш Антон Чехов.

Николай женится. Берет жгучую брюнетку с 20 тыщами приданого. Не считая средств: две перины, одна теща и много всякой всячины. Я задыхаюсь от зависти.

Рукою Е. Я. Чеховой:

оба лгут не женятца, посылаю карточки свою, Мишину и Алешину.

Мама лжет. Она у нас лгунья Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава. Любит пасьянсы.

Лейкину Н. А., 5 сентября 1883*

53. Н. А. ЛЕЙКИНУ

5 сентября 1883 г. Москва.

Почетаемый Николай Александрович!

Получил и торшон и гонорар: за то и другое огромное спасибо. Вы писали мне, что Вам не приглянулись ни набросок брата, ни стихи Пальмина*. По-моему, набросок хорош, стихи же простые, как и все Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава пальминские стихи. Страница ничего для себя… В столичных редакциях приглянулась.

Брат будет отрисовывать* Вам по утвержденным редакцией темам. Сейчас он отправляет один рисуночек на мою свою тему*. Этот рисуночек в силу собственной малости не идет в счет абонемента. Пусть он будет вне правил. Другие картинки будут с паспортами от Вас Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава. Вобщем, если когда придет рисуночек, Вами за ранее не утвержденный, и нежели такой не понравится, Вы сможете не помещать его. Николай не будет в претензии. В матушке Москве всё сойдет. Сходили мои зарубежные романы*, сойдут и его картинки. Темки есть кое-какие.

Кстати: высылайте нам гонорар в одном пакете Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава, удобства ради. Ваша контора отправила мне заместо 50,08 к. – 50,80 к. На 72 коп. больше. Присланное не соответствует итогу. Ноль всю бухгалтерию разладил.

Как, но, исправно Вы гонорар высылаете! Нам, москвичам, это в диковину. Бывало, я хаживал в «Будильник» за трехрублевкой раз по 10.

Спасибо за обещание побывать у меня в половине сентября. Я Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава живу в Головином переулке. Если глядеть со Сретенки, то на левой стороне. Большой нештукатуренный дом, 3-ий со стороны Сретенки, средний звонок справа, бельэтаж, дверь вправо, злая собачонка.

Посылаю фельетон*. Чего-нибудть из 2-ух: либо в Москве событий нет, либо же я нехороший фельетонист. Кланга ругать больше не буду*. Посылаю Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава* при сем подпись к рисунку*, который Вы получите совместно с этим письмом. А за сим…

Остаюсь всегда уважающим

А. Чехонте.

5-го с<ентября>.

Лейкину Н. А., 19 сентября 1883*

54. Н. А. ЛЕЙКИНУ

19 сентября 1883 г. Москва.

19 сентябрь.

Уважаемый Николай Александрович!

Зима вступает в свои права. Начинаю работать по-зимнему. Вобщем Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава, боюсь, чтобы не сглазить…

Написал Вам пропасть, отдал кое-что в «Будильник»* и в чемодан про припас упрятал штуки две-три… Посылаю Вам «В ландо »*, где дело идет о Тургеневе, «В Москве на Трубе* ». Последний рассказ имеет чисто столичный энтузиазм. Написал его, так как давным-давно не писал того Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава, что именуется легенькой сценкой. Посылаю и еще кое-что*. Заметки снова не того*…Отдано мною огромное место «Училищу живописи» не без некого основания. Во-1-х, всё художественное подлежит нашей цензуре, так как «Осколки» сами журнальчик художественный, а во-2-х, вокруг упомянутого училища крутится всё столичное величавое и маленькое художество Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава. В-3-х, каждый ученик купит по номеру, что составит большой дивиденд, а в-4-х, мы заговорим об юбилее ранее других*. Я постепенно перестаю унывать за свои заметки. В ваших питерских заметках* тоже не много фактов. Всё больше насчет общего, а не личного… (Отлично ведутся у Вас эти заметки… Остроумны Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава и легки, хотя и ведет их, по-видимому, юрист*.) Позже, я уже дважды съел за свои заметки «подлеца» от самых искренних моих, а А. М. Дмитриев говорил мне, что он знает, кто этот Рувер. «Он в Петербурге живет… Ему отсюда посылается материал… Одарен, бестия!»

Не так давно я искусился Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава. Получил я приглашение от Буковкы написать чего-нибудть в «Альманах Стрекозы»… Я искусился и написал огромный рассказ в печатный лист. Рассказ пойдет. Заглавие его «Шведская спичка»*, а сущность – пародия на уголовные рассказы. Вышел забавнй рассказ. Мне нравятся премии «Стрекозы».

Вы пишете, что Пальмин одичавший человек*. Чуть-чуть есть, но не совершенно… Раза Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава два он давал мне материал для заметок, и из дискуссий с ним видно, что он знает почти все текущее. Проза его чуть-чуть пахнет кое-чем небесно-чугунно-немецким, но, ей-богу, он неплохой человек. Вчера у меня были огромные гимназисты… Глядели «Суворина на березе» и не сообразили*.

Прощайте Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава. С уважением имею честь быть

А. Чехов.

Чехову Ал. П., меж 15 и 28 октября 1883*

55. Ал. П. ЧЕХОВУ

Меж 15 и 28 октября 1883 г. Москва.

Брат наш подлец Александр Павлович!

Сперва, не будь брюками и прости, что так длительно не давал ответов на твои письма*. Повинна в моем молчании не столько лень, сколько отсутствие Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава досуга. Минутки нет свободной. Даже пасьянсов не раскладываю за неимением времен. У меня (вопреки, скотина, твоему желанию, чтоб я при переходе на V курс порезался) выпускные экзамены, выдержав которые, я получу звание Качиловского*. Отзываются кошке мышкины слезки; так отзывается и мне сейчас мое нерадение прошедших лет. Как досадно бы Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава это не звучало мне! Практически всё приходится учить с самого начала*. Не считая экзаменов (которые, вобщем, еще предстоят только) к моим услугам работа на трупах, клинические занятия с неминуемыми гисториями морби, хождение в поликлиники… Работаю и чувствую свое бессилие. Память для зубрячки плоха стала, постарел, лень, литература… от вас Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава водочкой пахнет и проч. Боюсь, что сорвусь на одном из экзаменов. Охото отдохнуть, а… лето так еще далековато! Идея, что впереди еще целая зима, принуждает мурашек бегать по моей спине. Вобщем, к делу…

А у нас анонсы. Начну со последующей странички.

14-го октября погиб мой друг и компаньон Федор Федосеевич Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава Попудогло. Для меня это неподменная утрата. Федосеич был не талант, хоть в «Будильнике» и помещают его портрет*. Он был старожил литературный и имел красивый литературный нюх, а такие люди дороги для нашего брата, начинающего. Как тать ночной*, тайком, хаживал я к нему в Кудрино, и он изливал Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава мне свою душу. Он симпатизировал мне. Я знал вся внутренняя его. Погиб он от воспаления жесткой оболочки мозга, хоть и лечился у такового принципиального доктора, как я. Лечился он у 20 докторов, и из всех 20 я один только угадал при жизни реальный недуг. Королевство ему небесное, нескончаемый покой. Погиб он Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава от алкоголя и хороших компаньонов, nomina коих sunt odiosa[25]. Неразумие, небрежность, небрежное отношение к жизни собственной и чужой – вот от чего он погиб 37 лет от роду.

2-ая новость. Был у меня Н. А. Лейкин*. Человечина он славный, хоть и жадный. Он жил в Москве 5 дней и все эти деньки умолял меня Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава упросить тебя не петь лебединой песни*, о которой ты писал ему. Он задумывается, что ты на него сердишься. Твои рассказы ему нравятся, и не печатаются они только по «недоумению» и неведению твоему «Осколок».

Вот слова Лейкина:

«И вроде бы ловко он смог почесать таможню и как много у него Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава материалу, но нет! – пишет про какую-то китайщину „там-од-зню“, как будто опасается чего-то… Писал бы прямо „таможня“, с русскими именами… Цензура не возбраняет».

Где нет китайщины, там убийственная лирика. Пиши, набредешь на настоящий путь. Излишний заработок окупит своею красотой 1-ые беды. А беды плевые: твои Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава рассказы были печатаны в «Осколках».

С Лейкиным приезжал и мой возлюбленный писака, узнаваемый Н. С. Лесков. Последний бывал у нас, прогуливался со мной в Salon, в Соболевские вертепы*…Отдал мне свои сочинения с факсимиле*. Пищу в один прекрасный момент с ним ночкой. Обращается ко мне полупьяный и Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава спрашивает: – «Знаешь, кто я таковой?» – «Знаю». – «Нет, не знаешь… Я мистик…» – «И это знаю…» Таращит на меня свои старческие глаза и пророчествует: – «Ты умрешь ранее собственного брата». – «Может быть». – «Помазую тебя елеем, как Самуил помазал Давида*…Пиши». Этот человек похож на роскошного француза и в то же время на Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава попа-расстригу. Человечина, стоящий внимания. В Питере живучи, погощу у него. Разъехались товарищами.

Насчет рыбы и сантуринского будешь иметь дело с фатером*, спецом по части юридического. У меня, признаться, средств нет, ну и некогда их заработывать. Места для тебя не ищу прямо из эгоистизма: желаю лето с тобой провести на юге. Дачи Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава не отыскивай, ибо можешь не угодить. Вкупе поищем.

Ты так смакуешь, описывая свои красненькие и синенькие*, что тяжело выяснить в для тебя лирика. Не ешь, брат, этой дряни! Ведь это нечисть, нечистоплотство! Синенькое тем только и отлично, что на зубах хрустить, а от маринованной (наверняка, страшно) разит сыростно Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава-уксусной вонью. Ешь, брат, мясо! Похудеешь в этом подлом Таганроге, если будешь жрать базарную дрянь. Ты ведь неумеренно ешь, а в опьяненном виде наешься и сырья. Хозяйка твоя смыслит в хозяйстве столько же, сколько я в добывании гагачьего пуха, – уж по одному этому будь осторожен в еде и ешь Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава разборчиво. Мясо и хлеб. По последней мере Мосевну* не корми чем попало, когда вырастет. Пусть она не ведает теткиных коренчиков, отцовского соуса с «катушками», твоего «покушать» и маменькиного лучшенького куска. Воспитай в ней хоть желудочную эстетику. Кстати об эстетике. Извини, голубчик, но будь родителем не словестно только. Вразумляй примером. Незапятнанное Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава белье, перемешанное с запятанным, органические останки на столе, скверные тряпки, жена с буферами наружу и с грязной, как Конторская ул<ица>, тесемкой на шейке… – всё это сгубит девченку в 1-ые же годы. На малыша сначала действует наружность, а вами катастрофически унижена бедная наружняя форма Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава. Я, клянусь честью, не узнавал тебя, когда ты жил у нас 2 месяца тому вспять. Неуж-то это ты, живший когда-то в чистенькой комнате? Дисциплинируй, брат, Катек! Кстати о другого рода опрятности… Не бранись вслух. Ты и Катьку* извратишь, и барабанную перепонку у Мосевны запачкаешь своими словесами. Будь я Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава на месте Анны Ивановны, я тебя колотил <бы> ежеминутно. Кланяюсь А<нне> И<вановне> и племяшке. Девченку у нас почитают. В «Будильнике» еще не печатают твоего. Когда начнут печатать, уведомлю.

Чехов.

Чехову Ал. П., около 20 октября 1883*

56. Ал. П. ЧЕХОВУ

Около 20 октября 1883 г. Москва.

Будь благодетелем Дюковскому М. М., 16 января 1886 5 глава, справься, когда Николке ехать в Таганрог в отношении и рассуждении солдатчины*. Справься в думе и, по способности, скорей уведомь,

Tuus[26]А. Чехов.


dya-elektromagntnih-polv-ta-vipromnyuvan-na-organzm-lyudini-referat.html
dyadkova-larisa-ivanovna.html
dyadya-vanya153-tv-na-taganke87glyubimovbortnikbelyaevvasilevzolotuhinhmelnickij-10-dnej-kotorie-potryasli-mir.html